Прикладная логика и научный метод

Злоупотребления научным методом. Моррис Коэн, Эрнст Нагель.

Существует множество способов для того, чтобы с помощью правил логики придать строгий вид аргументам, в которых заключение не обосновано должным образом.
ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЯ НАУЧНЫМ МЕТОДОМ

Существует множество способов для того, чтобы с помощью правил логики придать строгий вид аргументам, в которых заключение не обосновано должным образом... Невозможно было бы перечислить все виды злоупотреблений логическими принципами, имею­ щих место в различных сферах деятельности людей. Однако имеются определенные заметные виды таких злоупотребле­ний, и было бы полезно на них указать.

ГЕНЕТИЧЕСКАЯ ОШИБКА

1. Одна из разновидностей данной ошибки заключается в рассмотрении логического порядка как временного. Проведенные нами исследования уже показали, что исторические факты не могут выводиться из одной только логики и для подтвержде­ния, или верификации, какого-либо спекулятивного утверж­дения относительно прошлого также требуются фактические данные. Данная истина делает недействительными все рас­пространенные в XVIII веке и до сих пор популярные попытки реконструировать историю человечества на основании чис­той спекуляции о том, как все должно было быть, без исполь­зования каких-либо документальных свидетельств. Теории о происхождении языка или религии, об исходном обществен­ном договоре, с помощью которого была установлена власть, не подтвержденные эмпирическими допущениями о том, как должен был поступить первый, или примитивный, человек, в историческом плане несостоятельны. Предположение о том, что реальная история может быть построена или обнаружена таким образом, с очевидностью содержит логическую ошибку. Мало чем от подобного предположения отличаются и те спеку­лятивные априорные истории, в которых под именем социаль­ной эволюции осуществляется попытка выведения стадий, по которым должны пройти все человеческие институты. Во всех подобных попытках отследить историю семьи, промышленно­сти, государства и т.п. предполагается, что более ранние ста­дии являются более простыми, чем более поздние. Указанные попытки получают иногда наше одобрение пото­му, что нам проще понять современные сложные институ­ты, если мы рассматриваем их как произошедшие из более простых элементов. Однако отождествлять временной поря­док, в котором события на самом деле происходили, с логиче­ском порядком, по которому могут быть распределены состав­ные элементы для конституирования современных институтов, значит совершать непростительную ошибку. Действитель­ная история демонстрирует как реальное развитие в сторо­ну простоты, так и реальное развитие в сторону сложности. К примеру, современный английский язык по своей морфоло­гии гораздо проще древнеанглийского языка, а после отказа от старых форм, по которым осуществлялось делопроизводс­тво, последнее стало гораздо проще. Сторонники априорной эволюционной теории не сомневаются в том, что матриар­хальная форма семьи предшествовала патриархальной фор­ме, а также в том, что кочевнический способ организации общества должен предшествовать сельскохозяйственному. Однако все это не может помешать переходу реально сущест­вующего индейского племени от патриархальных отношений к матриархальным. Точно так же подобная теория не смог­
ла помешать перуанцам перескочить кочевническую стадию, поскольку западные склоны Анд не давали им возможности вырастить достаточное поголовье скота, способное послужить основой для социальной организации. Предполагаемый закон развития от более простых форм к более сложным на самом деле является крайне неясным, для того чтобы мы, опираясь на него, могли выводить существование каких-либо событий. То, что кажется простым на одном уровне развития знания, может показаться более сложным после того, как знания ста­нут более обширными, или после более тщательного иссле­дования. Точно так же многие вещи, кажущиеся, на первый взгляд, крайне сложными, после систематического изучения начинают казаться нам простыми. Таким образом, генети­ческие описания или теории, привлекающие нас своей апри­орной допустимостью, теряют свою привлекательность пос­ле того, как мы отделим временной порядок от логического, а также после того, как мы подвергнем теории о том, что было на самом деле, верификации.

2. Существует и обратная ошибка, которая заключается в предположении о том, что действительная история любой науки, искусства или социального института может занять место логического анализа структуры изучаемого объекта. Когда что-либо разрастается посредством добавлений или приращений, знание порядка таких следующих друг за другом успешных добавлений является ключом к пониманию строе­ния окончательного результата. Однако не всякий рост имеет такую форму. Наука, к примеру, равно как искусство и некото­рые социальные организации, иногда изменяется намеренно, согласно некоторой идее или модели, относительно которой предшествующее существование объекта нерелевантно.

Предположение о том, что история любой науки может занять место логического анализа этой науки, также основывается на спутывании нашего знания и природы того, что мы знаем. Любая история физики, биологии, астрономии или гео­логии связана с ростом человеческого знания. Однако пред­метная область этих наук является тем, что, согласно допуще­нию самих этих наук, существовало до появления какого-либо человеческого знания и даже до того, как на Земле появились люди. Но даже если мы не будем исследовать физический уни­версум и ограничим наше рассмотрение только наукой как достижением человека, то все равно неверно будет отождеств­лять временной порядок, согласно которому конкретная наука исторически развивалась, с логическим порядком, согласно которому суждения этой науки связаны на любой из этих ста­дий. Мы уже отмечали, что многие теоремы геометрии были открыты до того, как люди начали задумываться о возможнос­ти существования систематической связи между ними. Таким образом, логический приоритет аксиом над теоремами не тож­дествен временному приоритету в нашем понимании или в на­шем знании. Мы также видели, что посылки, требующиеся для обоснования так называемых индуктивных заключений, логи­чески предшествуют этим заключениям, несмотря на то что временной порядок, в котором мы их обнаруживаем, может быть и обратным. Временной порядок, в котором мы обретаем наше знание, в общем не является таким же, как логический порядок суждений, конституирующих это знание."

Данный текст воспроизведен по изданию: Введение в логику и научный метод / Моррис Коэн; Эрнест Нагель; Пер. с англ.П.С. Куслий. — Челябинск: Социум, 2010

В бумажном издании этому тексту
соответствуют страницы 517;525-528
Made on
Tilda